После того как мы детально (в семи частях!!! (ссылки ниже)) разобрали устройство цифрового эфирного телевидения в десятках европейских стран – от Великобритании до Албании, от Исландии до Кипра, – в голове сложилась цельная картина. Мы видим несколько мультиплексов в большинстве стран, десятки каналов в формате Full HD, а кое-где и на прогрессивном кодеке HEVC.
Видим, что аналоговое вещание в большинстве этих стран отключено 10-15, а то и двадцать лет назад! Видим, что в крошечной Эстонии с населением полтора миллиона человек три общественных канала вещают в полноценном HD! Видим, что много где лицензионный сбор давно отменён, но эфирная сеть продолжает работать.
И тут же, совершенно естественно, взгляд обращается на Россию. И первое, что приходит в голову, – горькое, привычное: «Почему у них всё это было уже давно, а мы опять плетёмся в хвосте?» Почему в Европе у зрителя на эфирной антенне сорок – семьдесят (а кое-где и больше) каналов в высоком разрешении, а у нас – два мультиплекса по десять каналов, причём большая часть из них до сих пор в SD? Почему у них 1080p и HEVC, а у нас 576i и в лучшем случае единичные эксперименты с HD? Почему их переход на «цифру» состоялся в 2007–2012 годах, а у нас лишь в 2019-м, и в итоге до сих пор так и не закончился, т.к. отключение «аналога» продлили до конца 2027-го? Почему у них во всю тестируют 4K, а у нас и до полноценного эфирного HD дело не дошло? (Да, и у нас пробовали трансляции в 4K, но было это лишь на время Чемпионата мира по Футболу в далеком 2018 году).
Вопросы эти понятны, эмоциональны и, честно говоря, справедливы на уровне первого впечатления. Всё же самая большая и богатейшая страна! Но стоит копнуть чуть глубже – и становится ясно: сравнивать европейское и российское ЦЭТВ напрямую всё равно что сравнивать городской автобус и вездеход, работающий на трассе протяжённостью в десять тысяч километров. Оба везут пассажиров, но задачи, условия и ресурсы у них принципиально разные.
Что мы видим на поверхности
Давайте честно зафиксируем те различия, которые бросаются в глаза и которые обычно становятся поводом для упрёков.
Количество мультиплексов. В Великобритании их шесть, во Франции восемь, в Германии шесть, в Италии до двенадцати, в Польше четыре, в Испании шесть-восемь. В России – два. Ровно два мультиплекса, РТПС-1 и РТПС-2, по десять каналов в каждом. Итого двадцать общедоступных телеканалов на всю страну.
Разрешение вещания. В Германии, Франции, Италии, Испании, Польше, Скандинавии, Балтии и ещё в десятках стран общественные каналы на ЦЭТВ вещают в разрешении 1080i или 1080p HD. В России основной массив эфирного вещания по-прежнему работает в 576i SD. HD-версии каналов доступны преимущественно через спутник, кабель и интернет.
Время перехода. Германия отключила аналог в 2003 году. Швеция и Финляндия – в 2007-м. Франция – в 2011-м. Великобритания – в 2012-м. Польша – в 2013-м. Россия, как мы уже говорили выше, отложила отключение аналогового вещания на конец 2027 года.
Технологический стек. Европа массово переходит на DVB-T2 с кодеком HEVC, а некоторые страны уже обсуждают VVC. Россия запустила сразу DVB-T2, что само по себе неплохо, но наполнение мультиплексов осталось в основном в SD-качестве из-за ограниченной пропускной способности и приоритета покрытия, а не качества.
На первый взгляд картина выглядит удручающе. Но это только на первый взгляд.
Поговорим о географии
А теперь давайте возьмём карту и просто посмотрим на цифры.
Площадь. Территория Российской Федерации составляет более 17,2 млн кв км. Это самая большая страна в мире. Площадь всего Европейского союза – около 4,2 млн кв км. Даже если взять всю Европу целиком, включая Великобританию, Норвегию, Украину и Турцию, мы получим порядка 10 млн кв км – и это при том, что европейская часть России сама по себе занимает около четырёх миллионов. Азиатская часть России, Сибирь и Дальний Восток, – это ещё тринадцать миллионов квадратных километров тайги, тундры, гор и болот, где на сотни километров может не быть ни одного населённого пункта.
Население. В России проживает около 147 млн человек. В Европе (в широком смысле, включая все страны континента) – порядка 740–750 млн. То есть население Европы примерно в пять раз больше, чем население России! При этом территория России в несколько раз больше территории всей Европы.
Плотность населения. И вот здесь начинается самое важное. Средняя плотность населения в России – около 8,4 человека на кв км. В Европейском союзе – около 109 человек на кв км. В Нидерландах – более 500. В Германии – 236. В Италии – 197. Даже в относительно просторной Швеции – 25. В России – 8,4. А если убрать Москву и Подмосковье, то в Сибири и на Дальнем Востоке плотность падает до одного-двух человек на кв км, а в Якутии, на Чукотке, в Красноярском крае – до 0,1–0,3 человека! Просто вообразите эту колоссальную разницу!
Что это означает на практике? Это означает, что в Европе одна телевышка покрывает десятки, а то и сотни тысяч зрителей, живущих компактно, в радиусе нескольких десятков километров. А в России, чтобы охватить то же количество зрителей, нужны десятки вышек, разбросанных на сотни и тысячи километров, между которыми нет ни дорог, ни линий электропередач, ни обслуживающего персонала. Каждая такая вышка – это не просто антенна и передатчик. Это фундамент, который нужно залить в условиях вечной мерзлоты или скального грунта. Это дизель-генератор или линия электропередачи, которую нужно тянуть за сотни километров. Это дорога, по которой раз в несколько месяцев должен добраться техник для обслуживания. Это спутниковый канал связи, по которому подаётся сигнал на передатчик. И всё это – на морозе (порою, минус пятьдесят), в условиях снежных заносов, ледяных дождей и весенней распутицы.
Да, часть труднодоступных районов покрыл сигнал спутникового ТВ, но это скорее некий «костыль», нежели полноценное решение: нужна тарелка с установкой, приемник, а в плохую погоду сигнала нет.
А теперь – экономика
Европейский союз – это экономический гигант. Совокупный ВВП стран ЕС составляет порядка 18–19 трл долларов. ВВП России – около 2 трл долларов. Разница почти в десять раз. При этом население ЕС в три-четыре раза больше. То есть на душу населения Европа богаче Россию в несколько раз.
Но дело не только в общем объёме экономики. Дело в модели финансирования. Когда бОльшая часть стран Европы строили свои цифровые эфирные сети, значительную часть расходов покрывал бюджет Европейского союза. Структурные фонды, фонды сплочения, целевые программы цифровизации – всё это позволяло странам с относительно скромными собственными бюджетами строить инфраструктуру европейского уровня. Германия, Франция, Нидерланды – доноры ЕС – фактически оплачивали цифровизацию Восточной Европы и Балтии. Например, когда Польша, Эстония или Литва строили свои цифровые эфирные сети, ЕС и вовсе покрыл бОльшую часть их расходов.
В России нет внешнего донора. Нет коллективного бюджета, из которого можно получить субсидию на строительство вышки в посёлке на триста жителей где-нибудь в Забайкалье. Все расходы ложатся на один федеральный бюджет и на плечи оператора – РТРС (Российская телевизионная и радиовещательная сеть). И этот бюджет должен одновременно финансировать не только телевидение, но и дороги, школы, больницы, оборону, космос и ещё десятки статей расходов на территории, которая в четыре раза больше Евросоюза.
Сюда же добавим сокращение бюджетов во время подготовки к Олимпиаде 2014 года, Чемпионату Мира по Футболу 2018, и, конечно же, санкции, которые начали вводить еще в 2014 году (об этом подробнее скажем ниже). Всё это не могло не отразится на финансировании строительства ЦЭТВ.
А теперь – инфраструктура
В Европе практически нет населённых пунктов без электричества, без дороги и без какой-либо связи. Даже в самых отдалённых уголках Норвегии, Шотландии или греческих островов есть хотя бы минимальная инфраструктура. Расстояния между городами – десятки, максимум сотни километров. Логистика проста, доставка оборудования не представляет проблемы.
В России тысячи населённых пунктов, куда не ведёт ни одна асфальтированная дорога. Куда можно добраться только зимой по зимнику, летом по реке или вертолётом. Где электричество подаётся от дизель-генератора, а топливо привозят раз в несколько месяцев. Где нет не то что оптоволокна – нет даже устойчивого покрытия сотовой связи. Провести в такое место телевизионный передатчик, обеспечить его питанием, настроить и потом обслуживать — это задача, которая по стоимости и сложности в десятки, а иногда в сотни раз превышает установку аналогичного передатника в пригороде Мюнхена или Лиона.
И тем не менее Россия это сделала.
Что Россия сделала на самом деле
Давайте посмотрим на то, чего Россия достигла, не сравнивая себя с Европой, а оценивая результат в контексте собственных условий. Никакого турбо-патриотизма и громких лозунгов, просто факты.
РТРС построила и эксплуатирует сеть из более чем 5 040 объектов вещания по всей территории страны (данные за 2023 год. Сейчас их еще больше). Это одна из крупнейших эфирных сетей в мире по географическому охвату. Через горы, больна, тайгу и степи.
Покрытие цифровым сигналом составляет 98,4% населения России. Это означает, что практически каждый житель страны, от Калининграда до Камчатки, от Мурманска до Дагестана, может принять двадцать бесплатных телеканалов на обычную комнатную или наружную антенну.
Оба мультиплекса полностью бесплатны. В России нет ни лицензионного сбора, ни платных эфирных пакетов. Двадцать каналов доступны любому человеку без каких-либо условий. В Европе, напомним, Нидерланды сделали эфир платным, в Германии частные каналы зашифрованы и требуют подписки freenet TV, а, например в Австрии, и вовсе нужна регистрация смарт-карты.
Переход на DVB-T2 был осуществлён сразу, без промежуточного этапа DVB-T, что позволило избежать двойных затрат на модернизацию.
Аналоговое вещание было отключено на всей территории страны за одиннадцать месяцев (с января по октябрь 2019 года). Для страны с такой площадью и такой разницей в часовых поясах это беспрецедентный по скорости проект. Да, мы писали выше, что фактически «аналог» еще не умер, но он сохранен для того, чтобы те населенные пункты которые еще не подключены к «цифре», не остались в информационном вакууме.
Да, каналы в основном в SD. Да, мультиплексов всего два. Но это осознанный инженерный выбор: в условиях, когда нужно покрыть 17 миллионов квадратных километров, приоритетом становится максимальный охват, а не максимальное качество картинки в одной точке. Лучше двадцать каналов в SD, которые видны в каждой деревне, чем пятьдесят каналов в HD, которые принимаются только в Москве и Санкт-Петербурге.
Санкции и технологическая изоляция
Отдельно стоит упомянуть фактор, о котором часто забывают в подобных сравнениях: санкции. С 2014 года, и особенно после 2022 года, Россия столкнулась с серьёзными ограничениями на импорт электронного оборудования, полупроводников, компонентов для передатчиков и систем кодирования. Европейские и американские производители вещательного оборудования – Rohde & Schwarz, NEC, GatesAir, Harmonic и многие другие – прекратили поставки в Россию или существенно ограничили их.
Это означает, что модернизация эфирной сети, переход на новые кодеки, внедрение 4K и любые технологические обновления сталкиваются с объективными трудностями. Оборудование приходится закупать через третьи страны, замещать отечественными аналогами или использовать устаревшие компоненты, которые ещё есть на складах. В Европе оператор ЦЭТВ просто покупает новый передатчик у Siemens или Rohde & Schwarz и ставит его. В России это превращается в сложную логистическую и инженерную задачу.
Сравнивать темпы модернизации в этих условиях – всё равно что сравнивать скорость двух автомобилей, один из которых едет по автобану, а второй – по грунтовой дороге без запчастей и бензоколонок.
Сравнение, которое имеет смысл
Единственное сравнение, которое действительно имеет смысл, – это сравнение России с самой собой. Не с Францией, не с Германией, а с Россией 2009 года, когда цифровое эфирное вещание только начиналось.
В 2009 году Россия имела разрозненную, устаревшую аналоговую сеть. В большинстве малых городов и посёлков принимались два-три канала с помехами. О цифровом вещании речи не шло. К 2019 году страна получила единую цифровую сеть с двадцатью каналами, покрывающую 98,4% населения. Это колоссальный скачок, сопоставимый по масштабу с тем, что Европа прошла за пятнадцать лет, но сжатый в одно десятилетие и осуществлённый на территории, которая в четыре раза больше.
Вместо заключения
Так почему же в Европе мультиплексов больше, качество выше, а переход состоялся раньше? Ответ прост и не содержит никакого унижения: потому что Европа меньше, богаче, плотнее заселена, имеет развитую инфраструктуру и финансирует цифровизацию коллективно. Потому что построить вышку в пригороде Амстердама, где на квадратный километр приходится пятьсот человек и где уже проложены все коммуникации, – это задача на несколько дней. А построить вышку в эвенкийском посёлке, куда можно добраться только вертолётом и где температура зимой опускается до минус пятидесяти, – это задача на месяцы, а стоимость её в десятки раз выше.
Россия не плетётся в хвосте. Россия решает другую задачу. Ту, которую Европа с её компактными территориями и плотным населением просто не способна себе представить. И тот факт, что в каждой деревне на бескрайних просторах Сибири, Урала или Дальнего Востока человек может включить телевизор и поймать двадцать бесплатных каналов, – это не отставание. Это достижение, которому стоило бы не противопоставлять европейский опыт, а просто признать его масштаб.
Сравнивать Россию с Европой в вопросе ЦЭТВ так же бессмысленно, как сравнивать работу городского водопровода с прокладкой водовода через пустыню. Цель одна – дать людям воду. Но условия, стоимость и сложность несопоставимы. И тот, кто проложил трубу через пустыню, заслуживает не упрёка за то, что у него нет фонтана, а уважения за то, что вода вообще дошла.
Ссылки по теме:
Цифровое эфирное телевидение в Европе. Часть 7
Цифровое эфирное телевидение в Европе. Часть 6
Цифровое эфирное телевидение в Европе. Часть 5
Цифровое эфирное телевидение в Европе. Часть 4
Цифровое эфирное телевидение в Европе. Часть 3
Цифровое эфирное телевидение в Европе. Часть 2
Цифровое эфирное телевидение в Европе. Часть 1
